Учитель сконфузился, долго думал, что бы спросить, и, наконец, сказал: - Скажите мне, какой предмет грамматики? Миша посмотрел по сторонам, поковырял в носу и сказал: Российской грамматики? Все равно, вообще. Этому мы не учились. Что ж с тобой делал поп? - спросил грозно отец. Мьr, папашенька, учили российскую грамматику до деепричастия и катехизец до таинств. - Ну, поди, покажи классную комнату ... Позвольте, как вас зовут? · Дмитрием,- отвечал учитель, покраснев. А по батюшке? Яковлевым. А, Дмитрий Яковлич! Вы не хотите ли с дороги перекусить, выпить водки? - Я ничего не пью, кроме воды. «Притворяется!» - подумал Алексей Абрамович, чрезвычайно уставщий после продолжительного ученого разговора, и отправился в диванную к жене. Глафира Львовна почивала на мягком турецком диване. Она была в блузе: это ее любимый костюм, потому что все другие теснят ее; пятнадцать лет истинно благополучного замужества пошли ей впрок: она сделалась Adansonia ЬаоЬаЬ I между бабами. Тяжелые шаги Алексиса разбудили ее, она подняла заспанную голову, долго не могла прийти в себя и, как будто от роду в первый раз уснула не во-время, с удивлением воскликнула: «Ах, боже . мой! Ведь я, кажется, уснула? представь себе!» Алексей Абрамович начал ей отдавать отчет о споих трудах на пользу воспитания М.иши. Глафира Львовна была всем довольна и, слушая, выпила полrрафина квасу. Она всякий день перед чаем кушала квас. Не все бедствия кончились для Дмитрия Яковлевича аудиенцией у Алексея Абрамовича; он сидел, 1 Баобаб - очень толстое дерево в тропических странах. 117
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==